Поездка в Тверскую область

Монастыри Тверской области

На последние выходные сентября продюсеры телепроекта «Святая Русь. Мотопаломничество» запланировали выездные съемки в Твери и Тверской области. В программе – пять местных монастырей. Мы, Мотообъединение «Мотобратия во Христе», совместно со съемочной группой телеканала «Спас» работаем над проектом уже три месяца, и для нас это будет самый длительный и самый насыщенный выезд.

Перечитывая историю запланированных для посещения монастырей невольно обращаешь внимание на схожесть судеб этих обителей. Каждая из них была непосредственной участницей всех эпохальных исторических событий, каждая пережила все постигшие русскую землю беды, каждая возрождалась тогда, когда это казалось практически невозможным, расцветала земным благолепием и славою духовной жизни.

И становится совершенно очевидно, насколько тесно история русских православных монастырей связана с полной скорбей и свершений историей самого Государства Российского. Как можно было не исчезнуть, устоять в жесточайших бурях, бушевавших над нашей страной в течении сотен лет? Чем жили, к чему стремились и на что надеялись наши предки? Что двигало устроителями и благодетелями монастырей, кто подвизался в древних обителях? Пусть предстоящая поездка поможет нам разобраться, прояснить для себя эти вопросы.

За свою многовековую историю Россия переживала периоды подъема и спада, культурного расцвета и упадка, порабощения иноплеменниками и имперского могущества. Крещение Руси свершилось в 988 году от рождества Христова, а через сто лет раннефеодальное государство распалось на отдельные княжества, настали времена княжеских интриг и междоусобных войн.

Спустя еще 150 лет на разрозненные русские земли пришли поработители – золотоордынские ханы, и на три столетия православная Русь попала под иго иноплеменников. Только объединившись вокруг Москвы, русские князья обрели силу, так необходимую для обретения независимости. Монголо-татарское иго было сброшено в конце XV века, и в течение следующего века Московское княжество продолжало политику централизации и усиления собственной власти. Так, к концу XVI века, при царе и великом князе всея Руси Иоанне Васильевиче IV Грозном, государство достигло небывалого прежде могущества.

Однако со смертью Федора I, сына Ивана Грозного, прекратилась и царственная династия Рюриковичей. Настало Смутное Время – безвластие, анархия, самозванцы на троне и нашествия польско-литовских интервентов. Так продолжалось в течении 20 лет, в течение которых народ претерпел тяжелейшие утраты, а государственное устройство было практически полностью разрушено. Лишь через несколько лет после воцарения Михаила Федоровича, первого самодержца из рода Романовых, в Российском Государстве наступил мир и порядок.

Члены дома Романовых правили с начала XVII и до начала XX века, династия эта дала таких исторических деятелей, как Петр I Великий и Екатерина II, Россия при Романовых стала великой империей, занимавшей одну шестую часть суши и обладавшей одной из мощнейших экономик мира.

Двадцатое же столетие стало для России веком жесточайших потрясений. Социалистическая революция, гражданская война и годы репрессий, Вторая Мировая и Холодная война, крушение Советского Союза – все это пришлось пережить нам, россиянам, прежде чем наше государство вновь возродилось как великая Россия.

На многих интернет-ресурсах можно найти исторические сведения по тверским монастырям, однако зачастую они не полны и даже противоречивы. А нам выпадает возможность самим посетить эти монастыри, увидеть древние постройки и почитаемые святыни, пообщаться с насельниками – преемниками иноческих традиций. Попробуем проследить, что происходило с обителями на всех основных исторических этапах, постараемся увидеть, что происходит сейчас. Возможно, нам удастся прикоснуться к тому источнику силы, который поддерживал наших предков на протяжении веков и вдохновляет нынешних устроителей монастырей.

В пятницу вечером в Макдональдсе на Ленинградском шоссе встретились Магистр, Капитан, Индиан, Ворон и Чернец. Небо хмурилось весь день, а к моменту встречи начал накрапывать мелкий холодный дождь. Пришлось надевать дождевики и влагозащитные бахилы. Впрочем, дорога благоволила нам – через десяток первых километров дождь кончился, а в темном холодном небе, под брюхом свинцовых туч, заполыхали алые сполохи осеннего заката. Правда, всю дорогу ехали по мокрому, а потому скользкому, асфальту, да и дождевики, которые снимать уже не стали, парусили в потоке набегающего воздуха, и чтобы удержаться в седле приходилось слишком напрягать руки и плечи. И все же, когда все пятничные пробки остались позади, а одометры намотали по 170 километров, наша четверка благополучно подъехала к вратам Николаевского Малицкого мужского монастыря. Здесь уже стоял припаркованный Kawasaki Vulcan 2000, на котором Капитан приехал из своего родного города Кимры. Теперь он спокойно дожидался нашего прибытия, наслаждаясь вечерней тишиной, свежим воздухом и окружающим пейзажем. Даже в кромешной темноте открывшийся вид поражал своей красотой - перед нами возвышались массивные крепостные стены, храм, колокольня и трапезная, выполненные в едином византийском стиле, сложенные из белого и красного кирпича с красными же крышами и низкими серебристыми куполами. Часть группы разместили в кельях братского корпуса, а Индиан и Ворон расположились в здании небольшого хозяйственного блока. После ужина мы обсудили планы на завтрашний день: утренние съемки в Свято-Екатерининской обители, куда должна подтянуться вторая группа наших братьев – тех, кто не мог выехать в пятницу вечером, а затем, во второй половине дня, посещение Христорождественского монастыря.

Установившаяся с вечера ясная погода и утром продолжала радовать нас, после завтрака мы налегке выдвинулись к Свято-Екатерининскому женскому монастырю, расположенному в самом сердце Твери, близ впадения реки Тверца в Волгу. Здесь мы встретили ставшую нам практически родной съемочную группу телеканала «Спас», сюда же подтянулись выехавшие утром из Москвы Пилигрим, Лева, Масел, Еким и Шмель. Итак, сегодня нас десять человек на десяти мотоциклах, в таком солидном составе мы и проведем сегодняшнее паломничество и съемочные работы.

Свято-Екатерининский женский монастырь

На невысоком берегу в месте слияния рек Тверца и Волга стоит Свято-Екатериненский женский монастырь. С берега от стен обители можно видеть уцелевший храм разрушенного Отроч Успенского монастыря, где во времена Иоанна Грозного был злодейски задушен Малютой Скуратовым митрополит Филипп. Но Свято-Екатерининский монастырь не мог быть свидетелем этих событий – его история берет начало с первой четверти XVII века, как раз по окончании Смутного Времени и воцарении дома Романовых, когда на этом месте был устроен деревянный приходской храм великомученицы Екатерины. Рядом располагалась небольшая зимняя церковь во имя святителя Николая, и когда она была разобрана, к храму пристроили теплый Никольский придел.

В 1732 году в результате несчастного случая храм практически полностью сгорел, но достаточно быстро был отстроен заново, что свидетельствует о благосостоянии и больших возможностях местной приходской общины того времени. Более того, вскоре у прихода появилась возможность перестроить свою церковь в камне, что и было сделано через сорок лет, в эпоху правления Екатерины II Великой.

В дальнейшем, вплоть до падения Российской Империи, Екатерининский храм все более благоустраивался – был обнесен каменной оградой, обзавелся колокольней. А в 1813 году, несмотря на разруху после Отечественной Войны, к храму был пристроен новый Предтеченский придел. В начале XX века по случаю прославления преподобного Серафима Саровского в башне ограды храма была устроена часовня в его честь.

Все изменилось с установлением власти большевиков. Приходская община стала стремительно беднеть, в 1933 году храм был закрыт, а здание отдано под хозяйственны нужды. Жизнь общества вновь кардинально изменилась лишь в конце XX века, гонения на Церковь остались в прошлом и Екатерининский храм был возрожден.

В конце 1989 года здесь прошло первое после разорения богослужение. В короткие сроки храм был благоустроен, как и до революции южный придел был освящен в честь Николая Чудотворца. Храм стал подворьем возрождающегося Вознесенского Оршина монастыря, насельницы которого зимой переезжали сюда, поскольку их обитель в то время еще не была обустроена для жизни в холодное время года. Когда же необходимость в этом отпала, на территории Екатерининского храма уже существовала устроенная женская община, и в 1996 году она была преобразована в самостоятельный Свято-Екатерининский женский монастырь.

В соборном храме обители хранятся особо чтимые иконы: Тихвинская, «Не рыдай Мене, Мати», Казанская, Виленская иконы Божией Матери, образ Усекновения главы Иоанна Предтечи, находятся частицы мощей Киево-Печерских святых, Оптинских старцев и некоторых других прославленных угодников Божиих. О каждой из святынь наша гид по монастырю могла рассказать свою, подробную и интересную историю. Она, наша гид Ольга Николаевна, является директором организованной при монастыре детской воскресной школы. Также при обители действуют четырехгодичные богословские курсы, на которых студенты изучают науки по программе духовной семинарии.

В конце экскурсии Магистр по благословению игуменьи исполнил звон на монастырской колокольне; благочинной монастыря инокине Ангелине и настоятельнице очень понравился белоснежный DragStar Пилигрима, и они попросились сфотографироватся рядом с этим мотоциклом. Насельницы монастыря пригласили нас на обед; тут, в женской обители, готовят потрясающе вкусно. После трапезы мы прогрели моторы и колонной из десяти мотоциклов выдвинулись в Христорождественский монастырь.

Христорождественский женский монастырь

За современной территорией монастыря, обнесенной частично сохранившейся оградой, возвышается Кафедральный собор г. Твери в честь Воскресения Христова. Необычная его архитектура призвана подчеркнуть монументальность строения – элементы внешних стен имеют наклон и как бы расходятся к фундаменту от единственного шлемовидного купола, это придает зданию вид массивной пирамиды; а контрфорсы и узкие, напоминающие бойницы световые оконца еще более делают храм похожим на непреступную крепость. Этот собор был построен в 1913 году к трехсотлетию дома Романовых и до большевистского разорения был приписан к монастырю. В конце XX века, после возвращения храма верующим, сюда перенесли кафедру Тверской епархии, и с тех пор собор находится в непосредственном подчинении правящего епархиального архиерея. Рядом с собором на площади имеется выдержанная в том же стиле небольшая однокупольная постройка – бывшая часовня, в 2006 году перестроенная в храм и освященная в честь Царственных Страстотерпцев. Церковь эта, в отличие от собора, и до ныне сохранила свое историческое подчинение Христорождественскому монастырю.

Необычная архитектура собора и храма-часовни, впрочем, не казалась совершенно незнакомой. Вскоре пришло понимание, что похожий стиль построек мы видели в Москве, в Марфо-Мариинской обители. Не удивительно, ведь над ними работал один архитектор – Алексей Викторович Щусев, и построены они были практически в одно и то же время. Когда, в 1913 году, владыка Серафим Чичагов освящал тверской собор, на церемонию была приглашена настоятельница только устроенной тогда Марфо-Мариинской обители, Великая Княгиня Елисавета Феодоровна Романова.

На территории обители в настоящее время полностью отреставрированы только два монастырских корпуса постройки XIX века. Восстановительные работы ведутся в соборе Рождества Христова и надвратной Спасской церкви, в аварийном состоянии находится единственный действующий монастырский храм – больничная Троицкая церковь. Все эти здания также были возведены в первой половине XIX столетия. В тот период активное строительство в монастыре было начато на частные пожертвования графини Анны Иродионовны Чернышевой, затем благотворительную кампанию поддержали члены императорской семьи и другие знатные и состоятельные фамилии. Строительству и благоустройству обители не помешало даже общее бедственное положение общества после нашествия Наполеона.

По территории нас сопровождает насельница обители сестра Афанасия. С ней мы обсуждаем более ранний период истории этого древнего, основанного в начале XV века, монастыря. Это время расцвета Тверского княжества, культурного и экономического подъема, когда местным князьям удавалось сохранять зыбкий мир с соседней Москвой и избегать конфликтов в властвующей Золотой Ордой. Исторические события последующих двух столетий – разгром Твери московским войском, снятие монголо-татарского ига и даже разорение Твери Иоанном Грозным монастырь пережил достаточно спокойно; но в Смутное время был полностью разорен польско-литовскими интервентами, после чего долгое время находился в упадке, достигнув чуть лучшего положения лишь к концу XVII века.

Сестра Афанасия рассказала об очень интересной особенности устройства обители: здесь не было общежительного устава, каждая новопостриженная инокиня должна была на свои средства отстроить себе отдельную келью, сама заботится о пище и одежде. Такие монастыри назывались своекошными, и поступить в них могли лишь состоятельные в миру люди. Однако даже при таком изолированном от общества устройстве до революции в обители действовало училище для девиц духовного звания.

Главной святыней монастыря являлась чудотворная Тихвинская икона Богоматери, принесённая в монастырь в 1703 году. В настоящее время этой святыни в монастыре не сохранилось. А вот в соборе Воскресения Христова с 2001 года покоятся мощи преподобноисповедника Сергия (Сребрянского), который, кстати, был духовником сестер Марфо-Мариинской обители, и мы имели возможность поклониться этой новообретенной святыне.

Во время съемок проходов нашей группы по территории монастыря случилась небольшая неприятность – квадрокоптер с видеокамерой при наборе высоты зацепился за крону дерева, упал и разбился о землю. Теперь, к огромному нашему сожалению, съемочная группа лишилась возможности делать высотные съемки в этой поездке.

Уже на стоянке к нашей группе подошел священник, представился как отец Георгий, клирик Вознесенского собора, и спросил о цели нашего приезда. Услышав, что мы являемся православным мотообъединением и совершаем паломнические поездки со съемками телепередач, батюшка несколько удивился благословил нас и искренне пожелал успехов в этом деле. Кэп, поскольку живет в Тверской области, узнал отца Георгия и после рассказал нам его историю. Прежде батюшка был очень успешным и состоятельным человеком, уже в зрелом возрасте воцерковился, оставил бизнес и абсолютно все свои сбережения израсходовал на восстановления одного провинциального деревенского храма, а сам стал священником и долгое время служил в том храме. Лишь недавно отец Георгий был переведен на служение в Воскресенский собор. Теперь пришел наш черед удивляться – две тысячи лет назад один благочестивый юноша не решился раздать все свое имение и последовать за Христом, а в наши дни, вот – наш соотечественник смог сделать это.

Уже затемно мы возвратились в Свято-Екатерининский монастырь, где сестры ждали нас на ужин. После, прощаясь с нами, они раздали каждому по пакету с подарками – икону их небесной покровительницы великомученицы Екатерины и несколько книг. Съемочная группа осталась в этом монастыре на ночлег; Лева, Шмель и Индиан, завершив субботний съемочный день, уехали в Москву, Масел также отбыл с ними, однако собирался вернуться к воскресным вечерним съемкам. А оставшиеся – Магистр, Капитан, Пилигрим, Еким, Ворон и Чернец отправились отдыхать в ставший нашим временным пристанищем Николаевский Малицкий монастырь.

Утром территория монастыря была совершенно безлюдной – все насельники, трудники и гости обители ушли в Покровский храм на воскресную литургию. Нам же в пустынной трапезной оставили накрытый стол. Помолившись и наскоро позавтракав, мы выехали к объекту сегодняшних утренних съемок – Вознесенскому Оршину женскому монастырю.

Вознесенский Оршин женский монастырь

Путь в тридцать километров через центр Твери и далее на юго-восток занял около сорока минут. У ворот обители нас встретила режиссер, которая предложила сразу же снять сцены приезда-отъезда мотоколонны и пеших проходов по территории. При невозможности использовать разбитый квадрокоптер, оператор расположилась на ярусе звона величественной монастырской колокольни.

Нашим гидом по обители стала сестра София, и свою экскурсию она начала, вслух прочитав молитву-призывание Святого Духа на всякое благое дело. Раньше все наши гиды из монашествующих делали это втайне, про себя, но в данном случае поразило то, что инокиня не просто помолилась перед началом нового дела, но и ненавязчиво призвала всех нас сделать то же самое. Затем сестра София подвела нас к неприметной деревянной церковке, срубу, спрятанному под кронами деревьев за главным собором. Здание собрано из просмоленных бревен, двускатную крышу венчает небольшой наборный деревянный купол. Все это производит впечатление очень древней постройки, старинного памятника деревянного зодчества. И представьте наше удивление, когда сестра София объявила, что храм этот поставлен в 1996 году на месте, где ранее была устроена Преображенская церковь. Изначально храм предполагалось также освятить в честь Преображения Господня, однако в память о подвизавшемся здесь в XV веке иноке, впоследствии прославленном в лике преподобных, престол нового храма был освящен в честь святого Савватия Оршинского. В настоящее время эта небольшая деревянная церковь является единственным в мире храмом преподобного Савватия Тверского и Оршинского. 

Сам монастырь был основан как мужская обитель в XIV веке. В целом этот исторический период был для тверской земли неблагоприятным – много бед творили монголо-татары, и при этом разрозненное Тверское княжество враждовало с Москвой и Суздалем. Однако даже в эти тяжелые времена верующие люди находили возможности для устроения новых обителей. А в XV веке, в период централизации тверских земель и усиления княжества, тверской князь Борис изыскал средства для постройки в монастыре нового деревянного собора. В этот же исторический период здесь подвизался Савватий Оршинский, благодаря которому Вознесенская обитель стала известнейшей обителью тверской земли. В последующее столетие монастырь процветал, имел многочисленную братию и управлялся архимандритами. Но на рубеже XVI-XVII веков, во времена Смуты, обитель неоднократно разорялась польско-литовскими интервентами, во время одного из нападений иноверцы вырезали всю монастырскую братию во главе с архимандритом Феодосием.

Впоследствии монастырь так и не смог восстановится в былом благолепии, число братьев оставалось небольшим, однако обитель славилась своей иконописной традицией, здесь была очень сильная художественная школа и большая мастерская. Екатерининская церковная реформа не была столь разрушительна для обители, поскольку богатых владений у нее не было. Что же касается влияния наполеоновского нашествия на судьбу монастыря – здесь мы вновь видим парадоксальную на первый взгляд картину – после Отечественной войны, когда экономическое благосостояние общества было подорвано, монастырь получал значительную помощь от архиепископа Тверского и Кашинского владыки Григория (Постникова). Но, возможно, еще важнее то, как владыка заботился о духовном состоянии братии – для них он составил уникальный Синодик, устав поминовения, в котором молитвенно объединялась вся Церковь, и, назначив инокам обители послушание такого поминовения, сделал их воистину молитвенниками «за вся человеки».

В начале двадцатого века, впрочем, духовная жизнь в монастыре угасает, и ввиду малочисленности братии монастырь решено превратить в женскую обитель. Под началом мудрой и деятельной игуменьи Евдоксии монастырь очень быстро развивается, устраивается духовная жизнь, возрастает материальное благополучие и организуется социальное служение. Сестры сохранили особый чин поминовения усопших, продолжили иконописную традицию и создали церковно-приходскую школу для крестьянских детей. Во время Первой Мировой Войны в монастыре был организован приют для детей погибших воинов.

Вознесенский Оршин монастырь, конечно, не избежал судьбы большинства обителей и церковных приходов после захвата власти большевиками. Иноческое делание здесь прекратилось, храмы были закрыты, большая часть монастырских построек снесена. Многие святыни оказались безвозвратно утеряны.

Возрождение обители началось с 1992 года, но пока не были созданы условия для жизни в монастыре в холодное время года, сестры зимовали в одном из подворьев – храме святой великомученицы Екатерины в Твери; что в дальнейшем привело к образованию новой женской обители – Свято-Екатерининского монастыря, который, кстати, мы первым посетили в этой поездке.

При возрожденном Оршином монастыре был создан детский приют и специально для него отстроено новое здание. Сестры обители преподают в средней общеобразовательной школе, где обучаются дети из соседних сел и деревень.

В монастыре хранится древний список с чудотворной Феодоровской иконы Божией Матери, одна из немногих святынь, не утраченная в эпоху безбожия. В честь Феодоровской иконы освящен южный предел собора обители. Святыня всегда почиталась в Вознесенском Оршинском монастыре, особенно молитвенное делание перед иконой умножили сестры обители после преобразования монастыря в женский. И в настоящее время насельницы очень берегут, чтут и ценят эту чудотворную икону.

Обедать в монастырской трапезной нас пригласила сама игуменья матушка Евпраксия. Но до этого мы выполнили традиционное послушание – с помощью выданных нам лома с лопатой и принесенных с собой силой и задором мы разобрали старые, вросшие в землю опалубки для грядок на монастырском хозяйственном дворе. После утомительной съемочной работы, требующей внимательности и сосредоточения, подобная физическая активность была для нас скорее активным отдыхом, чем работой. Прощаясь, сестры обители также собрали для нас подарки – репродукцию Федоровской иконы Божией Матери, несколько замечательных книг. И теперь мы, разложив подарки по кофрам, выдвинулись на вечерние съемки в Николаевский Малицкий Мужской монастырь, тот самый, в котором мы остановились на ночлег в первые дни этого путешествия.   

Николаевский Малицкий мужской монастырь

Если до сих пор в поездке погода нам благоволила, и при любом минимальном затруднении мы всегда могли обратиться к компетентным гидам и экскурсоводам, а единственной реальной проблемой была потеря квадрокоптера, то сейчас нам пришлось вспомнить, что наши поездки – это далеко не всегда комфортные прогулки, где «все включено». В предыдущем монастыре было очень много интересного, и мы несколько задержались, так что сюда, в Малицкую обитель, приехали с опозданием на два часа, к пяти вечера. Уже началась вечерняя служба и все, кто мог бы оказать нам информационную поддержку, ушли в храм. Смеркалось, начал накрапывать, а затем усилился холодный дождь. У ворот монастыря нас ждали приехавшие из Москвы Масел и Ватсон. Не желая тратить драгоценные минуты светлого времени, Элеонора, режиссер проекта, срочно начала запись репортажей. В отсутствии гида приходилось опираться исключительно на ту информацию, которую мы собрали в процессе подготовки к поездке. Первые дубли об истории обители были уже отсняты, а Еким, чуть задержавшийся у мотоциклов, все не подходил. Магистр ушел проведать его и тоже не возвращался. Позже выяснилось, что у Екимовской Super Four заклинило задний тормоз, а при снятии суппорта оказалась повреждена резьба фиксирующего болта. Так, под дождем и при свете фонарика, Еким с Магистром в течении часа пытались закрепить задний тормозной суппорт, и лишь убедившись, что в полевых условиях ничего не смогут с ним сделать, свернули работы, отмыли перепачканные руки и присоединились к нам. И как раз вовремя – работавшие с начала Кэп, Масел, Ватсон и Чернец к тому моменту уже практически исчерпали свои возможности, и Магистр с Екимом срочно взялись спасать положение.

Николаевский Малицкий монастырь был основан в эпоху царствования Федора Ивановича, последнего Рюриковича на российском престоле. И в наступившей с прекращением царской династии Смуте недавно устроенный монастырь подвергся разорению польскими войсками, однако не был полностью уничтожен. С воцарением Михаила Федоровича Романова Россия начала подниматься из руин, и Малицкий монастырь тоже стал быстро развиваться – к нему отходили земли других, полностью разоренных обителей, а выгодное расположение вблизи оживленной Московско-Новгородской дороги привлекало в обитель проезжих купцов. В эти же годы рядом с монастырем выросла Малицкая слобода.

Однако такое благополучие длилось недолго – в 1675 году монастырь полностью сгорел в пожаре, не уцелело ни одной постройки, была утрачена практически вся утварь и ценности. Но именно в этот момент явилось чудо – на пепелище среди золы монахи нашли уцелевший в огне образ небесного покровителя обители – Николая Угодника, по сторонам от которого были изображены лики святых благоверных князей Бориса и Глеба. Обретение чудотворной иконы стало для горожан большой радостью, и имея перед глазами такое знамение, тверчане очень быстро восстановили обитель. Вместо старой деревянной церкви был устроен пятикупольный каменный храм во имя Всемилостивого Спаса с приделами святителя Николая и иконы Богородицы Одигитрии. Как и прежде, монастырь принимал путников, и особо почитались здесь покровители всех путешествующих – святитель Николай и икона Одигитрия – Путеводительница.

Капитальное каменное строительство, впрочем, началось в обители позже – во второй половине XVIII века, начало ему также положило чудо от хранящейся в монастыре иконы святителя Николая. В это время строится ограда с башнями, возводятся корпуса, колокольня и несколько храмов, среди которых и церковь Покрова Пресвятой Богородицы. Заметим, что все это происходит во время правления Екатерины II Великой, известной своей жесткой политикой в отношении Церкви.

В конце XIX века при монастыре была открыта церковно-приходская школа, затем устроено и училище. Преподаванием занималась братия монастыря, несмотря на то, что число насельников не превышало 10 человек.

В эпоху воинственного безбожия монастырь был полностью разрушен так, что в конце ХХ века, на момент передачи его территории Тверской епархии, на замусоренном пустыре оставался только остов братского корпуса. Возрождая монастырь, восстановление прежнего архитектурного ансамбля посчитали нецелесообразным, и все постройки, кроме, разве что, братского корпуса, были спроектированы и возведены сызнова, единым архитектурным ансамблем в византийском стиле. В настоящее время строительные работы продолжаются, роль соборного храма исполняет церковь Покрова Пресвятой Богородицы, простроенная на месте прежней, разрушенной, но не являющаяся ее копией. И непременно отметим, что сейчас, как и сто лет назад, в монастыре действует школа для детей, правда ныне она только воскресная, не общеобразовательная.

Когда ближе к семи вечера был записан последний репортаж под открытым небом, все промокли, замерзли и чувствовали себя крайне утомленными. А ведь еще оставались съемки в Покровской церкви! Как раз заканчивалась вечерняя служба, вместе со съемочной группой мы зашли в храм и… обомлели, усталость как рукой сняло: такой красоты, таких росписей и внутреннего убранства мы, пожалуй, и представить себе не могли. И еще одно показалось крайне удивительным – богослужение в храме велось на греческом языке. Как позже выяснилось, ныне в монастыре принят устав, максимально приближенный к уставам афонских обителей, а Покровская церковь по своему внутреннему устройству является копией храма Святого Пояса Богородицы Ватопедского монастыря святой горы Афон.

В Покровском храме хранится главная святыня монастыря – чудотворная икона небесного покровителя обители Николая Чудотворца с дополнительными изображениями святых мучеников Бориса и Глеба. Да, та самая икона, которая пережила страшный пожар XVII века, от которой происходили чудеса и исцеления, и сейчас не покинула своей обители. Перед иконой вывешены многочисленные вотивные дары – кольца, цепочки, драгоценности, люди приносили их в знак благодарности за помощь по молитвам у чудотворного образа. А сам вид иконы, стоящей в этом необычном, сияющем убранством храме, производит совершенно особое впечатление. Стоящий перед образом невольно испытывает чувство священного трепета.

Так, около восьми вечера, воскресные съемки в Николаевском Малицком Монастыре были завершены. По плану мы должны были собрать вещи и выехать в город Старица, заночевать в Старицком Свято-Успенском монастыре и в понедельник утром начать съемку уже там. В продолжении вечерней работы под проливным дождем мы с ужасом думали о предстоящей дороге, появилась даже малодушная мысль отложить переезд на утро понедельника, однако, когда по завершении мы вышли из монастырской трапезной, дождь стих. Предстояло преодолеть около 80 километров, небольшое неудобство – мокрая дорога, а большая проблема – екимовская Super four без заднего тормоза. Впрочем, еще по прежним поездкам было замечено, что Еким действительно прекрасно водит мотоцикл, так и до Старицы он доехал с нашей колонной без видимых проблем, не отставая на маневрах и не нарушая общий строй; внимательный наблюдатель мог лишь отметить, что Еким старался держать увеличенную дистанцию до предыдущего мотоцикла.

Старицкий Свято-Успенский монастырь

Поздним вечером, уже совершенно утомленные, мы – Магистр, Ватсон, Масел, Еким и Чернец – все, у кого была возможность остаться на съемки в понедельник, добрались до Старицкой Свято-Успенской обители. У ворот нас встречал один из насельников, наш будущий гид иеромонах Нектарий, он предложил припарковаться на площадке внутри монастырской ограды и проводил нас к паломнической гостинице с трапезной. Ничего другого мы в тот вечер не увидели, да и сил ни на что другое уже не было – насытившись, мы поднялись в кельи, повалились на чистые душистые простыни, прикрыли глаза и… и вот оно – утро понедельника. 

Еще за завтраком отец Нектарий внимательно расспросил нас о схеме и порядке работы, после чего сам распланировал очередность обсуждаемых тем и предложил возможные точки для съемок репортажей; а проводя свою экскурсию специально заострял внимание на самых важных моментах, которые, по его мнению, следовало включить в репортажи. Он очень активно, и в то же время аккуратно и ненавязчиво участвовал в рабочем процессе, так с его помощью мы сумели записать очень полный и действительно интересный материал.

Считается, что монастырь основан в первом десятилетии XII века иноками Трифоном и Никандром, пришедшими сюда с миссионерской целью из Свято-Успенской Киево-Печерской Лавры. Так обитель можно считать одной из древнейших на севере России. Однако, не все историки соглашаются признать столь почтенный возраст монастыря, ссылаясь на то, что через четыреста лет князь Андрей Иванович Старицкий, дядя Иоанна IV Грозного, в первой половине XVI века кардинально перестроил монастырь, изменив даже и место его расположения. Однако на новом месте Андрей Старицкий первым возвел соборный храм в честь Успения Пресвятой Богородицы, не просто продолжая традицию прежде существовавшего здесь монастыря, но и в знак уважения киево-печерским инокам, основавшим обитель в XII веке – ведь в их родной Киево-Печерской Лавре также главный собор – Успенский. Потому четко прослеживается преемственность иноческой традиции между первой старицкой иноческой крепостью XII века и обновленной обителью XVI столетия, потому мы и соглашаемся считать их единым древним монастырем.

В 1292 году монастырь был взят монголо-татарами. Во время штурма захватчики столкнулись с отчаянным сопротивлением осажденных, потому, одержав победу, вырезали всех, кого нашли за монастырскими стенами. История сохранила описание того, как тела убиенных степняки сбросили в реку, а уцелевшие местные жители позже втайне вылавливали их и хоронили в земле.

Обитель известна и тем, что здесь принял иноческий сан и подвизался уроженец Старицы иеромонах Иов, будущий Первый Святейший Патриарх царствующего града Москвы и Великого Российского царствия. Он принял патриарший престол в 1589 году и возглавлял Церковь до 1605 года, когда, в непростое время Смуты и безвластия, был сослан обратно в Старицкую обитель, где и почил о Господе в 1608 году. В Смутное время монастырь, да и сам город Старица, подверглись разорению, о судьбах того исторического периода красноречиво свидетельствуют хранящиеся в Успенском соборе мощи схимонахини Пелагии Старицкой, по преданию – матери патриарха Иова. Преподобная преставилась в 1609 году во время одного из набегов польских интервентов, причина смерти – огнестрельное ранение в голову.

С воцарением Романовых обитель развивалась и богатела, однако в 1681 году здесь случился страшный пожар, уничтоживший большую часть монастырских построек. Но так велико было значение монастыря, так любим он был жителями Старицы, что восстанавливали его всем миром и в кратчайшие сроки возвели новые храмы, колокольню и хозяйственные строения, так обитель стала еще величественнее и краше.

В 1731 году царская власть специальным указом определила за монастырем общественное послушание – уход за престарелыми, и сюда на содержание начали присылать отставных военных. Это продолжалось вплоть до воцарения Екатерины II Великой, которая объявила церковную реформу и секуляризацию церковного имущества. Обитель лишилась всех прежних владений и источников дохода, была отнесена к самому низшему, III классу и поставлена в полную зависимость от государства. Архимандрия здесь была упразднена и штат сокращен, в монастыре осталось 12 человек братии под управлением игумена. Однако всего через 35 лет, вскоре после воцарения Павла I, по ходатайству тарицких жителей игуменов обители вновь стали посвящать в архимандриты, была возвращена часть земельных угодий. Монастырь вновь стал стремительно развиваться и богатеть, в 1809 году при нем было открыто духовное училище, во время Отечественной Войны обитель выделяла средства на борьбу с Наполеоном, а впоследствии – на поддержание пострадавшего от войны населения. Однако при этом число братии не увеличивалось и к моменту закрытия монастыря в 1918 г составляло 11 человек. В советский период монашеская жизнь в обители прекратилась, но постройки не разрушались целенаправленно, и в 2002 году, когда были разрешены противоречия с располагавшимся здесь музеем, иноки вернулись и монастырь стал быстро восстанавливаться.

Во время нашего пребывания в Старицком монастыре сюда приехали подростки – ученики местной Школы Юных Звонарей. Вместе с Магистром, профессиональным звонарем, ребята поднялись на колокольню и исполнили звоны, которые были записаны нашими операторами и звукорежиссером. Интересно было пообщаться с этими молодыми людьми – воцерковленными, увлеченными, интересующимися искусством и историей. Приятно осознавать, что и в этом небольшом провинциальном городке молодежью реально занимаются, примером показывают тот образ, ту систему ценностей, которая, похоже, единственная способна помочь выжить и сохранить культуру в любые, даже самые тяжелые, времена.

Мы закончили съемки к середине дня, пообедали в трапезной и засобирались в Москву. Отец Нектарий очень тепло прощался с нами, мы благодарили его за всю ту помощь, которую он оказал, был прекрасным собеседником и гидом, даже взял на себя некоторые функции сценариста. А Магистру иеромонах Нектарий по секрету признался, что проводил такую экскурсию впервые, и потому очень волновался и старался тщательно подготовиться.

Небо было чистым, воздух – прохладным и сухим. Наша колонна мчалась по серому асфальту, по сторонам от дороги поля сменялись пестрым лесом – еще зеленые кроны перемежались с желтыми и красными, а налетавшие вихри поднимали и закручивали воздухе разноцветные листья; мы же буквально парили над трассой, врезались в эти осенние торнадо, и тогда кружившая листва беспорядочно разлеталась в разные стороны, вновь падая на землю. Эта совершенно особенная красота, впрочем, навевала легкую грусть – так незаметно пришла осень, приведя с собой холод, дожди и церемонии закрытия мотосезона. Ведь длительных дальних выездов до следующей весны уже не будет.

Ближе к Москве небо заволокло тучами, сгустились сумерки и впереди обозначился грозовой фронт. Сначала нас сопровождали вспышки отдаленных зарниц, затем асфальт почернел и из-под колес впереди идущих мотоциклов стала подниматься водяная пыль, и, наконец, сверху на нас обрушились потоки ледяной воды. Магистр дал команду, колонна свернула к ближайшей заправочной станции, и мы расселись пережидать ливень за столиком в придорожном кафе. Вскоре сюда же заехали и наши коллеги из съемочной группы. Они собирались заправится, но по технике безопасности отпускать бензин в ливень запрещено, поэтому девушки подсели к нашему столику, режиссер Эля достала на стол – только представьте – тропические фрукты рамбутаны, и завязалась беседа. 

Похоже, зарождались русские православные монастыри не столько благодаря какой-то особо благоприятной экономической или исторической ситуации, но более в связи с возросшими духовными потребностями людей, живших в те времена и творивших историю. Так, Старицкая обитель возникла как оплот миссионерской проповеди во враждебном языческом окружении, а Свято-Екатерининский монастырь был образован из общины, возникшей в трудах по восстановлению поруганных святынь несмотря на тяжелую экономическую ситуацию после развала СССР.

Русские монастыри, будучи крепостями, хранителями культурных и материальных ценностей, всегда становились приоритетными целями для вражеских армий. Обители терпели разорение при набегах монголо-татарских орд, в Смутное время при вторжении польско-литовских интервентов, от солдат наполеоновской армии. При этом не только вывозилось имущество, но и уничтожались постройки, истреблялись священнослужители и монахи. Так на общем фоне войны проявляла себя и война идеологическая. Однако самые страшные разорения обителям духа пришлось претерпеть не от пришедших из чужих земель иноверцев, а от единоплеменников в богоборческий советский период, когда идеологическая война стала главным мотивом агрессии, когда главной задачей нападающих стало не изъятие материальных ценностей, но уничтожение самого духа православной веры.

Невозможно не заметить, что после каждого разорения монастыри, раньше или позже, но обязательно вновь восстанавливались; и часто именно несчастия, потери и разрушения становились поводом для последующего расцвета – так на месте сгоревшего деревянного Екатерининского храма появился Каменный собор, вместо разрушенного неупорядоченного ансамбля Малицкой обители в настоящее время создается поражающий своей красотой комплекс в едином византийском стиле.

Что до притеснений Церкви, исходивших от царской власти, то здесь прежде всего вспоминается Екатерина II и объявленная ей секуляризация церковных владений. Да, материальное могущество монастырей было значительно подорвано, но вот строительство, например, не прекращалось – как раз в эпоху правления Екатерины Великой началось капитальное каменное строительство в Николо-Малицкой обители, был возведен каменный храм Святой Екатерины в Твери. Тем более следует отметить, что уже сын Екатерины, Павел Первый, во многом ослабил зависимость монастырей от государства, при нем Старицкому Свято-Успенскому монастырю удалось вернуть назад часть своих земельных владений. Поэтому произвол царской власти в отношении Церкви хоть и оказал разрушительное действие на уклад монастырской жизни, но не имел катастрофических последствий, обители и после этого продолжали существовать и имели возможности развиваться. А в целом отношение царской династии и правящей элиты к проблемам монастырей хорошо иллюстрирует Христорождественская обитель – основное каменное строительство здесь проводилось в XIX веке на средства представителей высшего дворянства, собор Воскресения Христова построен здесь при непосредственной финансовой поддержке Великих Князей.

И еще обращает на себя внимание неизменность, непрерывность духовной традиции в обителях, несмотря ни на какие беды и разорения. Как была главной святыней икона Николая Чудотворца в Малице, так, несмотря на пожары, разорения, вековое запустение во время безбожия, именно эта икона и сейчас почитается в обители, именно в честь святителя Николая во все времена был освящен соборный храм обители. И всегда в этой обители почиталась икона Богородицы Одигитрия, помощница всем путешествующим. Вознесенский Оршин монастырь разорялся несколько раз, однако всегда здесь особо почитался праздник Вознесения Господня, в его честь был освящен главный престол как деревянного храма, так и, впоследствии, каменного собора. В честь многих других исконно почитаемых в монастырях святых и икон освящались новые приделы и заново выстроенные церкви.

На протяжении веков монастыри, кроме великого духовного делания – непрестанной молитвы за мир, сохранения святынь и соблюдения духовной чистоты своих насельников – примера для подражания мирянам, славились искусствами и несли определенные общественные послушания. Чаще всего это было воспитание и образование подрастающего поколения – при монастырях существовали школы и училища, некоторые обители брали на себя обязанность ухода за немощными и престарелыми, то есть фактически выполняли роль богаделен. Также и в наши дни – в поездках по монастырям мы встречаем людей, иноков, кто и своими речами, самой манерой держаться и своими поступками, подают нам пример благочестия. А многие, можно сказать, большинство из посещенных нами обителей и сегодня выполняют общественное служение – обустраивают детские приюты, открывают воскресные школы и организуют преподавание в общеобразовательных школах, ведут тематические кружки для молодежи.

Так, посетив столько обителей, узнав их историю и прикоснувшись к их святыням можно увидеть, что возникают они по пламенной вере и жажде благочестивых людей о Боге и служении Ему, и пока поддерживается духовная жизнь, пока возносятся молитвы и почитаются святые покровители, никакое несчастие не сможет уничтожить монастырь, он будет восставать из пепла и лишь расцветать в величии и благолепии.

А ведь во все времена монастыри являли собой духовные и политические центры мирских общественных образований – поселений, городов, княжеств, а в итоге – Царства и Империи. Потому и благополучие самого государства зависит, как на первый взгляд ни странно, от наших, его граждан, духовных нужд и устремлений. Пока не прерывается у нас молитва и упование на Господа, пока обращаемся мы к святым угодникам – нашим заступникам, не приключится ничего действительно страшного с нами, а значит, и с нашим городом, с нашим государством, да, пожалуй, и с нашей планетой.

Уже к полночи мы, промокшие до нитки, уставшие, но сильные духом и верой, разъехались у МКАД по домам в разные стороны нашего родного мегаполиса. Это был последний дальний выезд в этом сезоне, но Бог даст, не последний в нашей жизни, ведь такие поездки формируют правильное отношение и к Отечеству с его богатой историей и к Православию, а значит, и к Богу. Его же Милостию да будем живы с Ним во веки веков. Аминь

МО «Мотобратия во Христе»
Илья Чернец

 


назад

Сайт создан на Setup.ru Создать сайт бесплатно